На главную
ИЗ КНИГИ 3
Первый большевик


Первым историю Петра Великого хотел написать А. С. Пушкин. Высочайшим изволением он был допущен к архивным материалам той эпохи. Много лет Пушкин делал архивные выписки, собрал большой материал. После смерти Пушкина Николай I лично просмотрел их. Печатать запретил. Хранились они в архиве под запретом их кому-либо показывать: образ великого преобразователя записки компрометировали. Сильно приукрашенная и прилизанная “История Петра Великого” была написана А.С. Чистяковым, издана по высочайшему повелению. Но эта история далека от всей правды. Это скорее полуправда.
Жизнь царицы Натальи в Преображенском была очень тяжелой, она “жила тем, что давано было от рук царевны Софьи”. А “давано” было весьма скудно. Тайком царице помогали игумен Троице-Сергиевой лавры и ростовский митрополит.
Предоставленный сам себе Петр, как и большинство мальчишек его возраста, играл в войну. Но не просто играл. Он мечтал научиться воевать и иметь армию, чтобы отомстить ненавистной сестре. Он собрал множество товарищей для своих игр.
Двор Алексея Михайловича был огромным. Только сокольничьих было 200. Конюхи, кучера, стремянные, стряпчие и прочий “честной люд” - более 600 человек. Царевичу Ивану по болезненности выезжать на охоту было противопоказано, а царевнам выезжать было непристойно, да и некуда. Царев же двор имел более 40 тысяч лошадей.
Дети дворцовой челяди стали товарищами Петра в его военных играх. Одним из первых пришел к Петру Александр Данилович Меньшиков - сын дворцового конюха, “породы самой низкой”. Грамоты он не знал и не мог написать свою фамилию. Другие по уровню образования были такими же. Из кремлевской оружейной палаты в Преображенское к Петру стали таскать оружие: бердыши, сабли, пистоли, карабинцы, барабаны, а он то и дело требовал свинца, пороху, полковых знамен. Ему все доставлялось.
Софья считала, что “волчонок” в своих играх про трон забывал, и чем больше он будет играть, тем меньше он будет думать о троне. Как же она глубоко заблуждалась! В Преображенском под видом детской забавы создавалась современная армия.

Петр куда больше времени проводил в Немецкой слободе, Кукуе, где селились иноземцы, приезжавшие в Москву, чем в Преображенском. До слободы было рукой подать, а там жили и военные: пара генералов, сотня полковников и офицеры, приглашенные в Россию еще Алексеем Михайловичем и Федором Алексеевичем для обучения и командования русскими полками иноземного строя.
Царевича там принимали с распростертыми объятиями и соответствующими почестями. Немец Зоммер учил 12-летнего Петра гранатной стрельбе. Эту потеху Петр полюбил на всю жизнь. Под руководством голландца Тиммермана царевич “гораздо с охотою” изучает арифметику, геометрию, артиллерию и фортификацию. Сохранились тетради с задачами, решениями и объяснениями юного Петра. Писал он ужасно, не соблюдая правил правописания, с трудом выводя буквы, писал, как слышал, а не как положено. Учился он усиленно. Все мысли его были поглощены победоносной войной с сестрой и Милославскими. Беда для России была в том, что воспитание и образование Петра было кукуйным.
Иноземные офицеры были привлечены в Преображенское для обучения и устройства потешной команды. Потешные батальоны развернулись в регулярные Преображенский и Семеновский полки. В полках полковниками, майорами и капитанами были иноземцы, а сержантами - русские. Командовал полками Автамон Головин - “человек гораздо глупый, но знавший солдатскую экзерцицию”.
В рощах Преображенского ежедневно производилась выучка потешных. Сам Петр проходил все солдатские чины, начиная с барабанщика. На реке Яузе была построена “регулярным порядком потешная фортеция” - городок Плесбурх, который атаковали со всеми приемами осадного искусства и мортирами.
Петр дома практически не бывал и мать не видел месяцами. Он пропадал или в полках, или в Немецкой слободе, где обедал и ночевал. Формирование взглядов, привычек и вкусов Петра идет в Немецкой слободе. Причем народ там отнюдь не являлся образцом западной культуры, а скрее может быть отнесен к отбросам западного общества. Ну какой же уважаемый на Западе специалист поедет на край света, в эту медвежью глухомань, в Россию? Только единицы, и то за очень большие деньги, а в основном ехал всякий сброд, не нашедший своего места на родине. О вкусах Петра говорит такой пример. В 1690 году он пишет письмо в Голландию Апраксину: “Купи мне лимонов, и если будет их много, половину посоли, а другую изготовь с сахаром”. На Руси навалом клюквы, по количеству полезных веществ лимону не уступает и такая же кислая. Ну уж коли приспичило, посыпь солью и ешь. Нет, подай модное кукуйское кушание соленый лимон.
Когда Петру исполнилось 16 лет, время женитьбы, по русским понятиям тех времен, мать сама подобрала ему красивую девушку из приличной семьи Евдокию Федоровну Лопухину. На Руси очень часто выбор жениха и невесты был делом родителей. Петру было все равно и, выбрав время между военными учениями, он женился. Евдокия была простой русской женщиной и в письмах называла мужа “лапушкой”.
Реформы Петра полностью определялись менталитетом их вершителя. Несчастья Петра и России имели в своей основе то, что Петр так и не приобрел политического сознания, а имел лишь смутное ощущение, что у его власти нет границ. Отсутствие серьезных учителей и духовных наставников привели к тому, что из Петра вырос правитель без правил, которые политически оправдывают и одухотворяют власть, без элементарных политических понятий и духовно-общественных сдержек. Петр не понимал ни духовной основы, ни политической физиологии народной жизни. Вся его преобразовательная деятельность основывалась на глубокой убежденности о всемогуществе властного принуждения. У него не было соратников и единомыш-ленников. На всех этих сенаторов, светлейших, князей он смотрел как на своих дворовых слуг и частенько бивал их палкой.
Петр был убежден, что силой и принуждением можно навязать народу недос-тающие ему блага. Но понятия о благах у Петра были весьма специфические. Так, например, он считал питье водки благом. Привыкнув к простой водке, Петр требовал, чтобы ее пили и его гости, вне зависимости от пола, возраста и общественного положения. На ассамблеях обычно появлялись гвардейцы с ушатами сивухи, распространяющей зловонный запах. Пить ее было положено всем, причем часовым приказывалось никого не выпускать с ассамблеи, пока не прикажет царь. При этом Петр был убежден, что он благодетельствует своих гостей.
Набор благ, который представлялся Петру весьма полезным, состоял из благ истинных и благ кажущихся, являющихся в действительности сатанинскими иллюзиями, ведущими страну к гибели.
Петр силой пытался своротить жизнь народа с ее исторического русла и вогнать ее в иные берега, которые, как потом оказалось, ведут страну прямехонько к 1917 году. По существу Петр попытался полностью изменить русскую православную цивилизацию на совершенно иную, которую он видел в Кукуе.
Но вернемся к юности Петра. Наконец Софья сообразила, что в Преображенском возникла новая, хорошо подготовленная и вооруженная армия. Софья прибегла к своему излюбленному приему, она стала появляться в стрелецких слободах и жаловаться на притеснение со стороны Льва Нарышкина, о том что царица Наталья хочет ее извести, надворную пехоту ликвидировать, а у царя Ивана отнять царство. Стрельцы сочувствовали, но тем дело и ограничивалось.
Она приблизила к себе чернокнижника Сильвестра Медведева, поставив перед ним задачу извести Нарышкиных, а в первую очередь Петра и Наталью. Медведев колдовал, колдовал, но что-то у него не получалось. Любовник Софьи, стрелецкий начальник Шакловитый предложил более простой путь. Взять сотню стрельцов, незаметно ночью ворваться в Преображенское и убить Петра с Натальей.
Об этом прознали пятисотенник стрельцов Стремянного полка Елизарьев, пятидесятники Мельнов и Ульжов и десятники. Когда 7 августа 1689 года стрельцам было приказано собираться, Елизарьев послал Мельнова и десятника Ладогина предупредить Петра. Внезапно разбуженный Петр испугался, не дослушав рассказа стрельцов, босой, в нижнем белье выбежал во двор, бросился в конюшню, схватил первую попавшуюся лошадь, вскочил на нее и на неоседланной поскакал в ближай-ший лес. Туда срочно доставили платье, сбрую и оседлали лошадь. Петр быстро оделся, приказал срочно двинуть полки к Троице-Сергиевой лавре и сам поскакал туда, бросив беременную жену и мать. Этот случай показывает, каких ужасов он привык ждать от сестры.
События этого противостояния хорошо описаны в исторических хрониках. Кончилось тем, что Петр сел на московский трон, Шакловитому отрубили голову, а Софью отправили в Новодевичий монастырь.
Но в Кремле, среди боярства у Петра практически не было друзей и верных людей, на которых он мог положиться. Все его друзья были в Немецкой слободе. Его фаворитом стал авантюрист из Женевы, слонявшийся по белу свету в поисках счастья, Франц Яковлевич Лефорт. Лефорт был сыном женевского купца. Отец послал его в Амстердам учиться торговле. Однако торговля не привлекала авантюрный дух Франца и он записался в солдаты. Что потом произошло неизвестно, но в 1680 году Франц Яков Лефорт сел на корабль и отправился в Мурманск. Узнав в Мурманске, что иноземцу можно устроиться в Москве, он отправился в Москву. Петр познакомился с Лефортом у иноземного посланника. Франц Лефорт был почти также невежественен, как и Александр Меньшиков, зато увлекал своей жизнерадостностью и мастерством веселить. Человек бывалый, он был неизменный товарищ за бутылкой, как говорится душа-парень. Петру он понравился. Кроме Лефорта Петр частенько ездил к капитану шотландцу Патрику Гордону. Обед у Лефорта или Гордона сопровождался “пьянством столь великим, что невозможно описать, и многим случалось от того умирать”. Многие от таких обедов хворали по нескольку дней, только Петр, проснувшись поутру, бежал на работу как ни в чем не бывало.
В Кремле Петр почти не ночевал, с матерью и женой не общался, а вел жизнь какого-то бродячего бездомного студента. 18 февраля 1690 года у Евдокии родился сын Алексей. Сыном Петр практически не интересовался.
Патриарх Иоаким видел разлагающее влияние протестанского Кукуя на душу Петра, пытался его увещевать, но Петр отмахнулся от патриарха как от надоедливой мухи. Но когда Петр пригласил патриарха 28 февраля 1690 года на праздничный обед по случаю рождения царевича Алексея, патриарх поставил условием, что если на обеде будет хоть один иноземец, ноги его не будет. Петр от злости скрипел зубами, но вынужден был согласиться на условия церковного владыки.
В марте 1690 года Иоаким скончался. Петр хотел, чтобы патриархом стал псковский митрополит Маркелл - человек, отличающийся ученостью и поддержи-вающий Петра во всех его начинаниях. Церковное руководство со времен Алексея Михайловича не прекословившее царю, с этим выбором было согласно. Но против этого выбора восстало среднее духовенство - архимандриты и игумены монастырей. Они предложили избрать патриархом митрополита Казанского Адриана - человека высокой духовной жизни. Несмотря на разногласия на соборе и противодействие Петра, патриархом был избран Адриан. До нас дошел один из текстов проповеди Адриана. Он категорически выступал против нововведений Петра. “Мущины, женщины, юные отроки и священного чина люди всегда упиваются; и вином и табаком и всяким питием без сытости пьяны. Теперь и благородные и простые люди, даже юноши хвастаются пьянством, говоря бесстыдно друг другу: тогда-то и тогда я был пьян и церковное торжество в праздники проспал. ... Повсюду люди неученые, в Церкви святой нашей благопреданных чинодейств не знающие и других о том не спраши-вающие, мнятся быть мудрыми, но от пипок табацких и злоглагольств люторских, кальвинских и прочих еретиков объюродели, совратились от стезей отцов своих, говоря:”Для чего это в Церкви так делается? Нет никакой в этом пользы, человек это выдумал, и без этого можно жить”.
Вот как аукнулся раскол. А ведь почти то же самое говорили Алексею Аввакум, Неронов, Логгин, боярыня Морозова, княгиня Урусова и многие другие. А чего же хотел патриарх? Страшная трещина на теле церкви, от реформ Никона расползается и возникает естественный результат – обезбоживание народа.
24 января 1691 года умирает Наталья Кирилловна Нарышкина в возрасте 42 лет. Какие-либо православные сдержки для Петра исчезают совсем.
В 1692 году Лефорт в Немецкой слободе свел Петра с девицей легкого поведения Анной Монс, которая до этого была любовницей Лефорта. Анна обладала внешним лоском и была абсолютно неспособна ни к любви, ни к даже привязанности. Петр бабником не был, но к Анне Монс он привязался всей душой. Русский царь впал в блуд. О какой благодатности царя можно тут говорить? Амурная профессионалка Анна Монс спала не только с Петром, но и с саксонским министром Кенгисектом и другими руководящими лицами. Кенгисект случайно утонул, купаясь в Яузе. Среди его бумаг были найдены любовные письма Анны Монс. Их принесли Петру, царь рассвирепел и велел учинить розыск. Анна врала Петру, изворачивалась, но припертая к стенке вещественными доказательствами созналась. Но тем не иенее эта греховная связь тянулась много лет.
Непрерывно слыша от кукуйских друзей, что Россия страна дикая, народ невежественный, грязный и варварский, а в Европе царят культура и благодать, Петр прникся глубочайшим презрением к русскому народу и его культуре. Он возмечтал сам увидеть благословенную Европу.
Сначала он отправил учиться в Европу дворянских детей. 28 человек в Италию, 22 человека в Голландию и Англию. Кроме того Петр подготовил великое посольство в Европу для “утверждения дружбы и любви” между Россией и странами Западной Европы. Великими послами были назначены Франц Лефорт, граф Головин и думский дьяк Возницын. К посольству были прикомандированы 20 дворян и 35 волонтеров. Волонтеры, которыми командовал князь Черкасский, отправлялись с целью изучить морское дело. Начальником первого десятка волонтеров был Гаврила Кобылин, второго десятка сам царь, назвавшийся Петром Михайловым. Третьим десятком командовал Федор Плещеев.

Царица Евдокия Федоровна в печальном одиночестве проводила свои дни в Кремле. Петр же решил спровадить ее в монастырь. То ли Анна Монс посоветовала, то ли сам додумался. Одним словом, будучи в Англии, Петр пишет письмо боярам Нарышкину и Стрешневу в котором приказывает уговорить царицу уйти в монастырь. Евдокия категорически отказалась.В 1698 году, вернувшись из-за границы, Петр сначала наведался к Анне Монс, а потом вызвал Евдокию Федоровну и стал ее ругать: “Как смела ты ослушаться, когда я приказывал неоднократно письмами отойти в монастырь, и кто научил тебя противиться?” Несчастная женщина отвечала, что у нее на руках маленький сын, царевич Алексей.
Петр приказал своей сестре Наталье Алексеевне взять сына. Евдокию же силой затолкали в карету, повезли в Суздаль и заключили в Покровский девичий монастырь. Патриарх Адриан категорически отказался постригать Евдокию в монахини и запретил это делать священнослужителям. Тем не менее по приказу Петра кто-то насильно постриг Евдокию в монахини в келье старицы Мартемьяны. Церковь пострига не признала. Отношения царя и патриарха накалялись.
Официальные историки объясняли, что Евдокия не могла удовлетворять духовные потребности Петра по своей приверженности русской старине и богомольству. Генииальная натура преобразователя требовала чего-то высшего. Интересно, каким это высшим обеспечивала русского царя немецкая проститутка, наставляя при этом ему рога?
Разъяренный несогласием церкви на постриг, Петр приказал держать Евдокию в чёрном теле. Она не получала даже того, что получали сестры Петра, заточенные в монастырь по обвинению в злоумышлениях на него вместе со стрельцами. Несчастная выпрашивала у сестры Петра, чтобы та прислала ей в монастырь еды, потому что в монастыре все гнилое. Вот выдержка из одного письма: “Покамест жива, пожалуйста, пойте, да кормите, да одевайте нищую”. Ее не только разлучили с сыном, но Петр запретил ей видеться с ним. Это что, свидетельствует о благородстве души Петра? После этого ни о каком православии и даже христианстве царя речи быть не могло.
Народ говорил: “Да что же это за царь? Жену насильно в монастырь постриг, а сам с немкой живет?” Но за такие речи многих затащили в Преображенский приказ под страшные пытки “изобретательного зверя” Федора Ромодановского. Оттуда не возвращались. Мученическую кончину принял там епископ Досифей за обличение грехов Петра.
В слащавой книге о Петре, вышедшей в России к 300-летию дома Романовых читаем: “Петр видел недостатки своего народа; сравнив его с западными образованными государствами, он поневоле ужаснулся той низкой степени развития, на которой стояла Россия; за что он ни брался, все было в России или очень дурно, или не было и начато; в русских все поражало дикою необразованностью, начиная с одежды и бороды, до языка; русские всем отличались от Западной Европы”.
Что русские всем отличались от Европы, согласен. Русь православная - это иная цивилизация, сильно отличная от европейской. Но кто установил, что русская цивилизация обязана походить на западную? Вон японская цивилизация по сей день на западную не похожа. Ну и что?
Кому борода помешала? Бороды носили и Христос, и все святые старцы, и все русские князья и цари. А что в Европе в моде были “скобленые рыла”, то чем они передовее, интеллектуальнее и духовно выше, чем бороды? Попробуйте ответить! Рорится душа-парень. Петру РѕРЅ понравился. РљСЂРѕРјРµ Лефорта Петр частенько ездил Рє капитану шотландцу Патрику Гордону. Обед Сѓ Лефорта или Гордона сопровождался “пьянством столь великим, что невозможно описать, Рё РјРЅРѕРіРёРј случалось РѕС‚ того умирать”. РњРЅРѕРіРёРµ РѕС‚ таких обедов хворали РїРѕ нескольку дней, только Петр, проснувшись поутру, бежал РЅР° работу как РЅРё РІ чем РЅРµ бывало.
В Кремле Петр почти не ночевал, с матерью и женой не общался, а вел жизнь какого-то бродячего бездомного студента. 18 февраля 1690 года у Евдокии родился сын Алексей. Сыном Петр практически не интересовался.
Патриарх Р